«Отмыть» нерядового Сухачева: как Банковая спасает своих через ОАСК

«Отмыть» нерядового Сухачева: как Банковая спасает своих через ОАСК

«Отмыть» нерядового Сухачева: как Банковая спасает своих через ОАСК. Фото: ГБР/Facebook

Недавно ZN.UA рассказывало о старте отбора нового директора Государственного бюро расследований (ГБР) и его потенциальном «богоизбранном» победителе.

Почти два года бюро руководят люди в статусе «исполняющий обязанности». Не так давно этим органом правопорядка управляла нынешний генпрокурор Ирина Венедиктова. Позже — ее заместители Александр Бабиков и Александр Соколов. Однако сейчас организацией, так же в статусе и.о., руководит Алексей Сухачев. И именно его называют фаворитом конкурса по избранию директора ГБР.

Учитывая это нужно рассказать историю его увольнения из прокурорских рядов в 2019 году. Это настолько неординарный кейс, что нужно в деталях разобрать все нюансы, касающиеся стараний заангажированных судей Окружного административного суда города Киева (ОАСК) отмыть от статуса двоечника прокурора, нынче занимающего такую высокую государственную должность. Однако обо всем по очереди.

Напомню, после смены власти в 2019-м команда Владимира Зеленского начала несколько серьезных реформ. Среди них — изменения в органах прокуратуры. На тот момент генпрокурором был Руслан Рябошапка, разработавший законопроект и начавший имплементацию реформы, которая позволила очистить прокурорские ряды от непрофессиональных и недобросовестных «офицеров правосудия». Как следствие, после проведения первого этапа реформы уволили около 55% прокуроров Генпрокуратуры. Они не смогли пройти тест на знание законодательства; продемонстрировать свои интеллектуальные способности (general skills test); объяснить стиль жизни; обосновать задекларированное имущество и т.п. Если говорить в цифрах, на начало реформирования Офиса генпрокурора на Резницкой работали 1139 прокуроров, 1083 из них подали заявление на прохождение аттестации. 795 прокуроров ее прошли, 193 — не прошли, 95 — не явились на первое тестирование.

Среди уволенных находим нынешнего руководителя ГБР Алексея Сухачева. Он в составе указанных 193 прокуроров не сдал первый экзамен — на знание законодательства — и, как следствие, был уволен. Позже он подал в ОАСК иск об отмене решения кадровой комиссии о непрохождении аттестации и приказа генпрокурора о его увольнении. Уже 10 июля 2020 года судья Виктор Шулежко принял решение, удовлетворив исковые требования Сухачева. Именно это решение служителя Фемиды мы и попробуем проанализировать.

Согласно материалам дела, 23 октября 2019 года в Генпрокуратуре был проведен экзамен для выявления знаний и умений в применении закона, соответствия осуществлять полномочия прокурора, в котором участвовал Алексей Сухачев. Он набрал всего 61 балл. При этом предварительно была установлена минимальная граница для прохождения аттестации — 70 баллов. Сухачев ее не преодолел, продемонстрировав низкие знания профильного законодательства. Поэтому был уволен из органов прокуратуры.

Однако, как упоминалось выше, Сухачев подал иск в скандальный ОАСК и позже получил «нужное» решение. Проанализировав позицию служителей Фемиды, можно прийти к выводу, что они не только придумывают на ходу вещи, о которых не упоминал Алексей Сухачев, но и непосредственно искажают практики Европейского суда по правам человека (ЕСПЧ).

Абсурдность обоснования решения зашкаливает, ведь судья отметил, что немалое количество сформированных на экзамене вопросов в форме анонимного тестирования с использованием компьютерной техники с целью выявления уровня знаний и умений в применении закона, соответствия осуществлять полномочия прокурора (а именно: 70% для каждого участника, то есть упомянутые 70 баллов) касалось уголовного права и уголовного процесса. Такой подход, по мнению судьи, вообще нивелирует уровень профессиональности и компетентности прокуроров, работающих на других направлениях прокурорской деятельности. Иными словами, под каждое подразделение, а лучше под каждого прокурора должны были разрабатывать отдельные тестовые задачи.

По мнению служителей Фемиды, такая аттестация прокуроров не имела целью установить соответствие (несоответствие) работников занимаемым должностям, а фактически призвана нивелировать профессиональный уровень предметной компетентности, опыта и квалификации работников на конкретных направлениях прокурорской деятельности, очерчивающих их должностные обязанности, а также создать условия аттестации, благоприятные для реализации неправомерных механизмов безосновательного увольнения прокуроров без должных на то оснований.

Стоп, хотя и сложно написано, но давайте прочитаем еще раз. Были сотни вопросов на знание уголовного права и процесса, практики ЕСПЧ, базовых подходов проведения негласных следственных сыскных действий и т.п. Но, по мнению судей ОАСК, это было лишним. Надо было не под каждое подразделение органа прокуратуры, а под каждого прокурора сформировать перечень тестовых задач. Ничего страшного, что тогда аттестацию должны были проходить 1139 прокуроров. Просто надо было подготовить около 100 тысяч вопросов, разных по специфике, но из юридической плоскости. Яркая идея!

Назвать этот сюжет «натягиванием совы на глобус» сложно. Здесь диагноз позиции служителя Фемиды со столичной улицы Болбочана (адрес ОАСК. — А.Л.) намного хуже. При этом есть противоположные решения по этому вопросу, принятые Верховным судом. Они подтверждают, что такое распределение таки отвечает конституционным функциям прокуратуры.

Еще одна интересная новелла — истец считает, а судья поддерживает, что в Порядке прохождения аттестации следовало предусмотреть «условия и требования к программному обеспечению, делающие невозможным вмешательство третьих лиц в установление конечного результата экзамена». Также, по их мнению, нет информации о разработчике тестовых вопросов для экзамена в форме анонимного тестирования с использованием компьютерной техники с целью выявить уровень знаний и умений в применении закона, а также о том, проходили ли они апробацию и рецензирование. А это, как считает судья, крайне важно.

При этом служитель Фемиды отмечает, что ответчик (Офис генпрокурора. — А.Л.) не предоставил доказательства, в том числе изданные Государственной службой специальной связи и защиты информации Украины документы, подтверждающие способность использованного в рамках процедуры аттестации прокуроров программного обеспечения, обеспечить анонимность, конфиденциальность и защиту от вмешательства третьих лиц. Другими словами, тесты тестами, но «прокуроры не были застрахованы от вмешательства».

Как следствие, в контексте изложенных моментов суд отмечает, что даже при условии добровольной подачи заявления на переаттестацию и непрохождении первого экзамена были установлены значительные процедурные нарушения в отношении назначения и проведения аттестации истца. Другими словами, Алексей Сухачев воспринял ситуацию, подал заявление о переаттестации, прошел первый этап, получил негативный результат. Однако позже понял, что там есть куча нарушений. И судья Шулежко поддерживает эту позицию. Напомню прокурору и судье ОАСК, что сейчас есть позиция Верховного суда, которая перекрывает этот аргумент. Если бы прокурору что-то не нравилось по ходу тестирования, то он мог прекратить тест и написать заявление о процессуальных нарушениях. Однако Сухачев дошел до конца теста, получил негативный результат и уже после этого пытается оправдать этот факт.

Также, исходя из положений пункта 12 Порядка № 233, суд акцентировал внимание на том, что решение о неуспешном прохождении аттестации должно быть мотивированным с указанием обстоятельств, повлиявших на его принятие. Иными словами, заявления о прохождении аттестации и неуспешном прохождении первого этапа — теста на знание законодательства — не должны были стать мотивированной причиной, повлиявшей на дальнейшее увольнение прокурора-двоечника с должности. Однако есть абсолютно противоположная позиция Верховного суда, где четко указано: получение прокурором количества баллов меньше минимально установленного, является достаточной причиной для увольнения. Никаких дополнительных оснований не требуется.

В результате Сухачева не только восстановили в должности, указывая даже на те моменты, о которых он не упоминал в исковом заявлении. Ему также должны были выплатить 1 млн 151 тыс. грн компенсации за вынужденный прогул. Не страшно, что двоечник. Просто система сработала не лучшим образом, и конституционные права прокурора буквально везде нарушены. Поэтому из карманов налогоплательщиков надо вынуть более миллиона гривен на содержание прокурора-двоечника.

О судье Шулежко, утвердившем скандальное решение, напомним несколько интересных моментов. Во-первых, именно он в коллегии с другими судьями утвердил решение в пользу предприятий пророссийского олигарха Дмитрия Фирташа, находящегося в процессе экстрадиции в США по требованию американской Фемиды. И именно Шулежко является близким соратником одиозного главы ОАСК Павла Вовка, ведь находился с ним в одном из столичных ресторанов на праздновании, о чем опубликовала расследование «Украинская правда». Кроме этого, именно Шулежко отменил статус зеленой зоны Протасова яра по требованию скандального застройщика.

Позже Офис генпрокурора подал апелляцию на решение Окружного административного суда города Киева. 14 июля 2021 года Шестой апелляционный административный суд в составе коллегии судей — Елены Кузьмишиной, Михаила Кобаля и Любови Костюк — повторил весьма странные аргументы о возможности вмешательства в систему прохождения тестирования и необходимости «специализации тестов» для каждой группы прокуроров. По факту решение первой инстанции оставили в силе.

Ситуация понятна. Две судебные инстанции утвердили неоднозначное решение. Однако удивляться не следует, учитывая что Сухачев остается фаворитом на занятие должности директора ГБР.

Любые требования о ликвидации ОАСК и реформировании судебной ветви власти будут наталкиваться на политические договорняки, где служители Фемиды будут стараться «обменять» определенные решения на отсрочку своего фактического увольнения. Кое-кого из них ожидает не только увольнение с должности, но и реальное лишение свободы. «Насудили» эти персонажи за последние годы достаточно, отрабатывая заказы всех политических элит и периодически переходя на «хозрасчет». За годы независимости нелегко вспомнить суд, способный конкурировать с ОАСК по критерию одиозности. Но это ответственность не только «Вовчьей компании», политическим элитам было удобно иметь под боком инстанцию, удовлетворяющую все их прихоти.

Поэтому не удивительно, что судья ОАСК в нужный момент может услышать «просьбу» от Банковой о возобновлении одного из прокуроров. В своем решении служитель Фемиды берет два-три аргумента истца, добавляет несколько отсылок на практику ЕСПЧ (даже если она не имеет ничего общего с кейсом), апеллирует исключительно к удобным решениям Верховного суда. И, вуаля, резолютивная часть готова. Тем более, если о «правильной» конструкции решения, возможно, попросил профильный заместитель главы офиса президента Олег Татаров. Одиозный, но эффективный для Зеленского бывший управленец МВД, которому в свою очередь, по нашей информации, подсказывать задание может «знаменитейший» Андрей Портнов. Безусловно и то, что задачи очевидно ставит непосредственно руководитель офиса президента Андрей Ермак. Кстати, детективы НАБУ пытались вручить Татарову подозрение в коррупционном преступлении, но не получилось. Креативность команды президента поражает — решение Печерского районного суда Киева и обязательство для генпрокурора передать дело от НАБУ в ГБР.

Попытки сохранить Олега Татарова вполне понятны, ведь в офисе президента именно он отвечает за координацию органов уголовной юстиции. Важный человек, который имеет прямой доступ к гаранту Конституции. Показательно во влиянии на ход расследований и то, что жена Сухачева (как и муж, не прошла аттестацию на этапе собеседования) позже оказалась на должности в «Энергоатоме». Так что ничего странного в том, что все расследования по этой госкомпании быстро остановились. Так сказать, это табу. И вишенка на этом отдельном торте — в Генпрокуратуре Ирина Сухачева занимала должность заместителя начальника управления организации процессуального руководства досудебным расследованием, которое осуществляется следователями территориальных органов ГБР.

Однако если кто-то из их команды не способен быть обычным врачом в поликлинике (не прошел переаттестацию), то как его можно делать главным врачом (руководителем ГБР)? Если эта персона не знает базовых принципов функционирования человеческого организма и готова на любые союзнические договоренности с «вирусами и бактериями» (судьями ОАСК), как можно надеяться на эффективное руководство всей больницей? И напоследок. Двоечник сейчас не решил до конца ни одну из поставленных Банковой задач, хотя, может, и старается. Возможно, надо не только сосредоточиваться на лояльности, но и уделять внимание профессионализму этого «правоохранительного» врача, которого хотят сделать постоянным руководителем?

Александра Леменова

В тему: Кабмин систематически не назначает на должности людей, побеждающих на конкурсах на госслужбу

Андрей Штафинский — досье главного “мойщика” страхового рынка. ЧАСТЬ 1

Подписывайтесь на наши каналы в Telegram, Facebook, CONT, VK и ЯндексДзен — Только досье, биографии и компромат на украинских чиновников, бизнесменов, политиков из рубрики СКЛЕП!

Добавить комментарий