Дело банка «Укоопсоюз» раскололо Большую палату ВС

Дело банка «Укоопсоюз» раскололо Большую палату ВС

Дело банка «Укоопсоюз» раскололо Большую палату ВС

В мае прошлого года Большая палата Верховного суда приняла постановление, которым удовлетворила исковые требования Фонда гарантирования вкладов физических лиц о взыскании 77 миллионов гривен с четырнадцати бывших высокопоставленных работников обанкротившегося банка «Укоопсоюз» в порядке возмещения ущерба, причиненного ими этой финансовой структуре, пишет Юрий Контюк, Ракурс.

В тот день на улице истца был двойной праздник: во-первых, потому, что суды предыдущих инстанций отказали ему, но указанным вердиктом их решения были отменены, во-вторых, потому что данным постановлением было снято с паузы рассмотрение еще шести десятков аналогичных дел по искам Фонду до восьмисот других банкиров на сумму сто миллиардов гривен. А главное (как тогда казалось) указано правильное направление их решения. Однако эти радужные надежды оказались тщетными и потому хозяйственные суды так и не удовлетворили ни одного иска данной категории. А совсем недавно — 3 августа 2022 года — Большая палата отменила свое «примерно-показательное» решение по вновь открывшимся обстоятельствам и направила дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

«Укоопсоюз». Жертва банкопада

Дело банка «Укоопсоюз» является небольшим эпизодом грандиозной драмы, которая в историю отечественного казнокрадства вошла под названием банкопад. Довольно странно, что по его причинам шли дискуссии, поскольку все и так понятно как божий день. Еще в 2014 году Украина по количеству банков на душу населения существенно опережала более развитые страны, из чего следует сделать вывод, что определенная их часть прямо или косвенно паразитировала на государственном бюджете. Поэтому, когда по требованию МВФ их финансирование было прекращено, они сразу же упали. Хуже того, уже после ликвидации банкротов оплачивать их счета вынуждены были все налогоплательщики.

Теперь о деталях. Если вы хотя бы поверхностно ознакомитесь с положениями Закона Украины «О системе гарантирования вкладов физических лиц», вас с высокой степенью вероятности озарит идея, похожая на озарившую главного героя поэмы Гоголя «Мертвые души», а именно основать банк, через тысячу подставных физических лиц вложить в него свои же деньги по 200 тысяч гривен на каждого, затем обанкротиться и впоследствии из-за этих же фиктивных вкладчиков получить 200 миллионов государственной компенсации. На первый взгляд гениально, однако воплотить подобную схему в жизнь не так просто, поскольку у регулятора в лице НБУ достаточно предоставленных ему законом «О банках и банковской деятельности» полномочий, чтобы зарубить ее в зародыше — вопрос в том, захочет ли он это сделать. А вот для того, чтобы «не захотел», бизнес о банкротстве банков должен носить системный характер, то есть в него должны быть вовлечены влиятельные представители всех имеющихся в государстве ветвей власти.

Судя по всему, так оно и было в случае с нашей страной. Эта лавочка прикрылась по причинам, независимым от воли ее руководства, но за ущерб, причиненный бюджету, материально так никто и не наказан не был и вряд ли когда-нибудь будет.

«Мусорные» ценные бумаги

Постановлениями НБУ банк «Укоопсоюз» был объявлен неплатежеспособным в январе, а ликвидирован в апреле 2015 года. После этого он прекратил банковскую деятельность, но продолжал существовать как юридическое лицо, функции которого ограничивались взысканием средств со своих должников и возвратом долгов кредиторам, акционерам и вкладчикам. Но руководили им уже не те менеджеры, которые довели банк до банкротства, а люди, назначенные Фондом гарантирования вкладов физических лиц. Летом того же года ими было составлено два документа, по поводу достоверности содержания которых через семь лет спустя и произошел раскол в рядах Большой палаты.

Первый — реестр акцептованных, то есть признанных Фондом требований кредиторов ликвидированного банка, общая сумма которых достигала 110 млн. грн. Второй — акт о рыночной стоимости ликвидационной массы банка, размер которой составил 33 миллиона. Покрыть разницу 77 млн ​​грн, согласно возложенным на него законом обязанностям, должен был Фонд, решивший в судебном порядке взыскать эти деньги с семи членов наблюдательного совета банка и еще семи членов правления.

Правовыми нормами таковой вариант допускается. В Гражданском кодексе Украины и законе об акционерных обществах (а все банки существуют в форме акционерных обществ), а также в двух уже упомянутых выше законах можно найти положение о солидарной материальной ответственности должностных лиц банка за вред, причиненный ему их действиями или бездействием. Правда, на практике такое случалось только в тех случаях, когда обвинительным приговором удовлетворялся гражданский иск потерпевшей стороны.

В ситуации с нашим банком уголовное производство расследовалось и даже было доложено о подозрении бывшему председателю его правления. Но поскольку органы прокуратуры, похоже, были в судьбе с банкирами, то надеяться на обвинительный приговор было бесполезно.

Чтобы убедить судей в справедливости исковых требований, юристы Фонда подобрали один эпизод из деятельности ответчиков, наиболее красноречиво свидетельствующий о растрате денег вкладчиков с целью их присвоения.

Речь шла о покупке банком в 2014 году облигаций двух обществ с ограниченной ответственностью на сумму 320 млн. грн. и сроком погашения 5 лет.

Как выяснилось впоследствии, на самом деле это были мусорные ценные бумаги, рыночная стоимость которых не превышала трех гривен. Работники исполнительного и контрольного органов банка не могли не знать о заведомой убыточности этой покупки, поскольку фирмы-эмитенты были явными пустышками, которые не имели ни имущества, ни штата работников и не вели никакой прибыльной деятельности. Но даже если бы имели и вели, эти операции все равно были лишены экономической целесообразности, поскольку облигации были приобретены на условиях доходности 5% годовых, а кредиты вкладчиков привлекались банком под не менее 11% годовых. Еще один пикантный момент, о котором сообщили суду юристы Фонда, касался того, что опосредованным владельцем эмитентов приобретенных облигаций значился Валерий Повный — родной брат председателя наблюдательного совета банка «Укоопсоюз» Станислава Повного.

Несмотря на такие убедительные доказательства, Хозяйственный суд Киева и Северный апелляционный хозяйственный суд решили, что в удовлетворении иска следует отказать. Самый весомый из аргументов заключался в том, что пять лет после погашения облигаций еще не истекло, срок их обязательного погашения не наступил, а потому привлечение к ответственности причастных к их приобретению было бы преждевременным. Однако 25 мая 2021 г. их решения были отменены и принято новое, которым исковые требования были удовлетворены в полном объеме. Ответ судей Большой палаты на доводы ответчиков можно выразить словами «Видели глаза, что покупали — платите деньги».

«Укоопсоюз». Отдельное мнение

Судя по официальным сообщениям Фонда, его руководство не очень торопилось начинать процесс принудительного исполнения постановления ОП и в начале февраля 2022 года, наконец, дождалось, что один из ответчиков подал в Верховный суд заявление о его пересмотре по вновь открывшимся обстоятельствам. Заявитель — бывший начальник отдела финансового мониторинга — не ставил под сомнение правильность выводов судей по поводу его виновности и вида назначенного ему наказания, но обжаловал сумму, подлежащую взысканию с него и других ответчиков.

Доказательством, на которое он ссылался, был ответ на запрос его адвоката, предоставленный Центральным союзом потребительских обществ Украины (далее — Союз).

Интересно, что в постановлении ОП приведено дословное содержание адвокатского запроса, но очень краткий изложение ответа, из которого можно понять, что по состоянию на июль 2015 года Союз считал себя одним из кредиторов банка и имел к нему претензии на сумму 1,9 млн грн, а по состоянию на январь 2022 года уже никаких претензий к нему не было. Когда и при каких обстоятельствах прекратил существование этот долг — кто-то заплатил или Союз простил его неуплаченным за красивые глаза — об этом Большая палата писать не стала. Но согласилась с доводами заявителя о том, что сообщенное заявителем обстоятельство является достаточным обстоятельством для пересмотра дела.

В этой ситуации ключевым был вопрос о том, мог ли заявитель владеть этой информацией до того, как было принято решение суда последней инстанции. Тот, конечно, утверждал, что не мог знать, поскольку Фонд не предоставил суду полный текст реестра акцептованных требований кредиторов, а только выписку в виде первой и последней страниц, из которой вытекало, что долг банка перед его вкладчиками составляет 110 млн грн. А вот если бы в материалах дела содержался полный перечень, он сразу бы увидел, что в него включены лишние 1,9 миллиона, которые считаются за Союзом. По его словам, ответчики неоднократно подавали в суд ходатайство о истребовании дополнительных доказательств, но они не были удовлетворены, а если и были, то не выполнены Фондом, ссылавшимся на какую-то конфиденциальность.

У человека, придерживающегося юридического принципа разумного сомнения, непременно должно возникнуть подозрение, что заявитель замыливает глаза и нельзя исключать даже того, что Союз вообще никогда не включался в реестр кредиторов и не давал никакого ответа на адвокатский запрос, а письмо на его официальном бланке. с подписью и печатью поддельный. Возможно, именно так и думали судьи Большой палаты, но, по мнению большинства из них, все эти обстоятельства нужно проверить и исследовать, для чего необходимо истребовать дополнительные доказательства. А этим, согласно процессуальному законодательству, должен заниматься суд первой, а не кассационной инстанции. Поэтому дело было направлено на новое рассмотрение в Хозяйственный суд Киева.

С такой позицией категорически не согласились восемь из девятнадцати судов Большой палаты, которые составили особое мнение. В их числе была и председательствующая по делу Лариса Рогач. По их убеждению никакими вновь открывшимися обстоятельствами в данном случае и не пахнет, зато есть попытка пересмотреть судебное решение по несогласию с ним заявителя. Опровергая изложенные в его заявлении доводы, они отметили, что в ходе судебного процесса ответчики действительно подавали немало ходатайств по истребованию дополнительных доказательств, но ни одно из них не касалось реестра требований кредиторов. Тогда копья ломались вокруг вопроса о заведомой убыточности приобретения облигаций. Однако большинство судей решило иначе, а это значит, что Фонду можно расстаться с мечтой о том, что ему когда-нибудь удастся взыскать сто миллиардов гривен из восьмисот банкиров по шестидесяти аналогичным делам.

Skelet.Info 

ДОСЬЕ: Геннадий Ильин: ОПГ киевского УМВД под «крышей» Банковой

По теме: В НБУ ищут инвесторов для Профин Банка и банка Укоопсоюз

Ликвидация Мегабанка может указывать на начало проблем в банковской системе Украины: что не так с банкротством банка

Мошенничество на 1,5 миллиарда: почему Рожкова не несет ответственности за банкротство Platinum Bank?

Подписывайтесь на наши каналы в Telegram, Facebook, CONT, VK и ЯндексДзен — только досье, биографии и компромат на украинских чиновников, бизнесменов, политиков из рубрики СКЛЕП!

Добавить комментарий